Принцип равноправия и состязательности

До тех пор пока обязательность вступившего в законную силу судебного решения, содержащего итоговый вывод об истечении срока исковой давности, не преодолена в порядке, установленном законодательством о конкретном виде судопроизводства, никто, включая сами суды, не вправе уклоняться от ее соблюдения, а потому реализация арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, полномочий, обусловленных статьями 16, 71 и 100 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и связанных с проверкой обоснованности требований кредиторов, во всяком случае не должна влечь переоценку данного юридического факта.
Постановление КС РФ 60-П/2023 пункт 3.3, абз. 7

Юридическая природа и целевое назначение обязанности страховщика по выплате страхового возмещения, вытекающей из договора обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего, обусловливают необходимость предоставления заинтересованной страховой организации процессуальной возможности участвовать в арбитражном процессе по жалобам на неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей, в том числе когда требование о возмещении убытков не предъявлено (но может быть предъявлено позднее).
Постановление КС РФ 30-П/2023 пункт 5, абз. 2

[...] положение абзаца второго пункта 1 статьи 134 Закона о банкротстве требует для своего применения исследовать всю совокупность фактических обстоятельств, связанных с конкретными расходами, чтобы установить их действительную направленность на проведение мероприятий по недопущению катастрофы либо гибели людей, включая реальность угрозы возникновения данных негативных последствий и их характеристику. Это предполагает и необходимость учета всех элементов конкретного правоотношения с участием кредитора и должника, включая, кроме прочего, особенности как экономической (производственной) деятельности должника, так и правового статуса лица, в пользу которого соответствующие платежи были произведены, а также специфику осуществляемой им деятельности.
Постановление КС РФ 4-П/2022 пункт 3, абз. 1

[...]Освобождение уголовно-процессуальным законом лица от обязанности давать показания, т.е. наделение его свидетельским иммунитетом, является одной из важнейших и необходимых предпосылок реального соблюдения прав и свобод человека и гражданина и прямо вытекает из статьи 51 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предусматривающей, что никто не обязан свидетельствовать против самого себя, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом. Ограничение стороны защиты в возможности допросить свидетеля, воспользовавшегося в судебном заседании свидетельским иммунитетом, согласуется со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, и не противоречит принципам состязательности и равноправия сторон, поскольку не препятствует стороне защиты оспорить показания свидетеля, используя иные не запрещенные уголовно-процессуальным законом средства и способы
Определение КС РФ 1604-О/2013 пункт 2, абз. 4

Согласно статье 283 ГПК Российской Федерации судья в порядке подготовки к судебному разбирательству дела о признании гражданина недееспособным при наличии достаточных данных о психическом расстройстве гражданина назначает для определения его психического состояния судебно-психиатрическую экспертизу. В правоприменительной практике (в том числе в делах заявителей по настоящему делу) заключение судебно-психиатрической экспертизы о том, что гражданин по характеру заболевания не может понимать значение своих действий, руководить ими и не может присутствовать в судебном заседании, рассматривается как достаточное основание для того, чтобы не вызывать его в судебное заседание.
В результате гражданин, по сути, лишается прав, которыми Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации наделяет лиц, участвующих в деле […] Тем самым лицу, в отношении которого рассматривается дело о признании недееспособным, не обеспечиваются равные с другими участниками разбирательства процессуальные возможности по отстаиванию своей позиции и защите своих интересов при рассмотрении дела, что означает нарушение принципов справедливости правосудия, а также состязательности и равноправия сторон в судебном процессе, а следовательно, нарушение статей 15 (часть 4), 17 (часть 1), 46 и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации и статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. (Пункт 3.2, абзацы 1, 2 и 3)
Постановление КС РФ 4-П/2009 пункт 3.2, абз. 1

[...] лицу, находящемуся в исправительном учреждении и участвующему в гражданском деле, должна обеспечиваться возможность реализации его прав: такому лицу судьей в стадии подготовки дела к судебному разбирательству и судом в стадии разбирательства дела должно быть направлено письмо с разъяснением его прав, в том числе права на ведение дела через представителя, и обязанностей; должно быть заблаговременно обеспечено вручение ему копии искового заявления (если это лицо является ответчиком или третьим лицом) и других документов, включая копии судебных постановлений, предоставлено время, достаточное - с учетом его положения - для заключения соглашения с представителем, подготовки и направления в суд обоснования своей позиции по делу, представления доказательств в подтверждение своих требований или возражений, а также для реализации других процессуальных прав; при необходимости судья (суд) может в соответствии со статьей 62 ГПК Российской Федерации поручить суду по месту отбывания указанным лицом наказания опросить его по обстоятельствам дела, вручить документы или совершить иные процессуальные действия, необходимые для рассмотрения и разрешения дела. В силу конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и требования обеспечения доступа к правосудию на всех стадиях судопроизводства приведенная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации применима и при рассмотрении гражданских дел с участием лиц, находящихся в местах лишения свободы, в суде кассационной инстанции (с учетом особенностей данной стадии процесса).
Определение КС РФ 908-О-О/2008 пункт 2.2, абз. 2, 3

В соответствии со статьей 34 ГПК Российской Федерации прокурор отнесен к лицам, участвующим в деле, а его процессуальные права, закрепленные в статье 45 ГПК Российской Федерации во взаимосвязи с положениями глав 15 и 40 данного Кодекса, включают право выступать с заключением по делу. В делах о выселении, как имеющих особое социальное значение, прокурор выступает в качестве защитника интересов лиц, участвующих в деле, интереса законности, поэтому сам по себе факт его участия в делах данной категории и дачи заключения по делу не нарушает право граждан на судебную защиту, принцип равноправия и состязательности сторон в судопроизводстве, закрепленные в статьях 46 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации. [...] Заключение прокурора, вопреки утверждению заявителя, не может предопределять позицию суда по конкретному делу, которая должна формироваться в результате установления фактических обстоятельств, а также беспристрастного, всестороннего и полного исследования всех материалов и доказательств, заслушивания мнений, доводов сторон и других лиц, участвующих в деле. Следовательно, участие прокурора в судебном разбирательстве, в том числе в суде кассационной инстанции, само по себе не может рассматриваться как препятствие для реализации заявителем в полном объеме своих прав как стороны в процессе [...] Что касается статьи 357 ГПК Российской Федерации, то она, как содержащая общие положения об очередности объяснений лиц, участвующих в деле, в суде кассационной инстанции, не может быть признана нарушающей конституционные права заявителя. [...]
Определение КС РФ 831-О-О/2007 пункт 2.1, абз. 3, 5

Председатель Верховного Суда Российской Федерации или заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации, будучи судьями, не могут вносить представления о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора по собственной инициативе. Иное приводило бы к искажению природы правосудия, принципа состязательности и равноправия сторон при осуществлении судопроизводства (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), а также конкретизирующего его принципа диспозитивности в гражданском процессе.
В случаях, когда Председатель Верховного Суда Российской Федерации либо заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации по обращениям заинтересованных лиц вносят соответствующее представление, основанное на сложившемся у них убеждении о нарушении вынесенными судебными постановлениями единства судебной практики и законности, они в дальнейшем не могут входить в состав суда, рассматривающего дело по существу. Их участие в рассмотрении дела Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ставило бы под сомнение беспристрастность суда и противоречило бы принципу независимости судей. (Пункт 8, абзацы 3 и 4)
Постановление КС РФ 2-П/2007 пункт 8, абз. 3

исходя из конституционных принципов гражданского судопроизводства Председатель Верховного Суда Российской Федерации или заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации могут осуществлять закрепленное за ними статьей 389 ГПК Российской Федерации правомочие только при наличии обращения заинтересованных лиц (включая тех, которые по своему статусу в соответствии с законом обладают правом обращаться в защиту публичных интересов), с соблюдением общих правил, предусмотренных главой 41 данного Кодекса, в том числе в пределах установленных частью второй статьи 376, частью первой статьи 381 и частью первой статьи 382 сроков для обжалования судебных постановлений в надзорную инстанцию, истребования дела и вынесения определения по результатам рассмотрения истребованного дела. При этом Председатель Верховного Суда Российской Федерации или заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации, внесшие представление, не могут участвовать в рассмотрении Президиумом Верховного Суда Российской Федерации соответствующего дела по существу.
Постановление КС РФ 2-П/2007 пункт 8, абз. 5

[...] заключение экспертизы по вопросу происхождения ребенка [...] является лишь одним из доказательств, которое должно быть оценено судом в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами [...] .
Определение КС РФ 226-О/2006 пункт 2.1, абз. 3

[…] Предусмотренные статьей 45 ГПК Российской Федерации обращение прокурора в суд с заявлением в защиту прав и законных интересов других лиц и вступление прокурора в уже начавшийся процесс представляют собой две различные процессуальные формы участия прокурора в деле; прокурор не может выступать в процессе одновременно в двух процессуальных формах. В случае обращения прокурора в суд с заявлением о защите прав и законных интересов других лиц он пользуется процессуальными правами истца; использование в этом случае процессуальных полномочий, предоставленных прокурору как особому участнику процесса в соответствии с частью третьей статьи 45 ГПК Российской Федерации, означало бы нарушение принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон […]
Определение КС РФ 165-О/2006 пункт 2, абз. 3

[...] предназначение Конституционного Суда Российской Федерации как судебного органа конституционного контроля в рамках его компетенции по разрешению дел о соответствии Конституции Российской Федерации законов в связи с жалобами граждан обусловливает необходимость защиты посредством конституционного судопроизводства нарушенных оспариваемым законом конституционных прав и свобод в случаях, когда они не могут быть восстановлены в рамках иных судебных процедур. Реализуя данное полномочие, Конституционный Суд Российской Федерации [...] принимает постановления только по предмету, указанному в обращении, и лишь в отношении той части акта, конституционность которой подвергается сомнению. [...] это означает, что предмет рассмотрения указывается самим заявителем как непосредственным носителем подлежащего конституционно-правовой защите интереса и не может определяться по собственной инициативе Конституционным Судом Российской Федерации, который, соблюдая баланс конституционно защищаемых ценностей, включая права и свободы других лиц, обязан действовать в рамках присущих конституционному судопроизводству имеющих высшую юридическую силу и прямое действие принципов состязательности и равноправия сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации, статья 5 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»). Названные принципы обязывают Конституционный Суд Российской Федерации при проверке соответствия Конституции Российской Федерации нормативного правового акта, в том числе исходя из его места в системе правовых актов [...] не выходить за пределы указанного заявителем предмета обращения. [...] Конституционный Суд Российской Федерации решает исключительно вопросы права, воздерживаясь от установления и исследования фактических обстоятельств [...], и не вправе проверять законность и обоснованность решений по конкретным делам, в которых были применены или подлежали применению оспариваемые нормативные положения [...]
Определение КС РФ 137-О/2006 пункт 2, абз. 1-3

[...] к сфере правосудия относится не только стадия разрешения дела судом по существу, но и все другие стадии судопроизводства, в том числе стадия возбуждения дела, на которую также распространяются конституционные предписания о справедливом правосудии; сторона судебного спора не может наделяться полномочиями по осуществлению правосудия, в том числе в стадии возбуждения дела, и не должна ставиться в особое положение по отношению к другим лицам, участвующим в деле, поскольку иное противоречило бы принципу осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон [...] Арбитражный суд в случае, когда он как участник материально-правового отношения по своему процессуальному статусу является стороной в судебном споре, не должен выступать по нему в качестве органа правосудия [...]
Определение КС РФ 22-О/2006 пункт 2.2., абз. 1,3

[…] Право на судебную защиту относится к основным неотчуждаемым правам и свободам и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, в силу статьи 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации оно не может быть ограничено ни при каких обстоятельствах. Право на судебную защиту предполагает конкретные гарантии эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости; из статьи 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 (часть 1), 47 (часть 1) и 123 (часть 3), закрепляющими равенство всех перед законом и судом, право каждого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, и принцип осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, следует, что конституционное право на судебную защиту – это не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями, которые в нормативной форме (в виде общего правила) предопределяют, в каком суде и в какой процедуре подлежит рассмотрению конкретное дело, что позволяет суду (судье), сторонам, другим участникам процесса, а также иным заинтересованным лицам избежать правовой неопределенности в этом вопросе. […]
Постановление КС РФ 1-П/2006 пункт 2, абз. 3

[...] /В Постановлении от 25 января 2001 года № 1-П Конституционный Суд указывал, что специфический характер положения пункта 2 статьи 1070 ГК Российской Федерации/ «как исключения из общих правил, регламентирующих условия возмещения причиненного вреда, позволяет прийти к выводу, что в нем под осуществлением правосудия понимается не все судопроизводство, а лишь та его часть, которая заключается в принятии актов судебной власти по разрешению подведомственных суду дел, т.е. судебных актов, разрешающих дело по существу. Судебный процесс завершается принятием именно таких актов, в которых находит выражение воля государства разрешить дело, отнесенное к ведению суда". Указание на специфический характер /названного/ положения - при том, что оно названо исключением из общих правил - свидетельствует о том, что под осуществлением судопроизводства во всех других случаях, когда это не оговаривается специально, понимается не только та его часть, которая заключается в принятии актов судебной власти, разрешающих дело по существу. Такое узкое понимание правосудия противоречило бы статье 118 (часть 2) Конституции Российской Федерации и конкретизирующему ее положения Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации […] […] Обеспечительные меры в административном судопроизводстве, осуществляемом арбитражными судами, не носят дискриминационного характера по отношению к какой-либо стороне в процессе; их применение осуществляется в рамках дискреционных полномочий арбитражных судов и на основе принципов состязательности и процессуального равноправия сторон, /поэтому/ отсутствует неопределенность в вопросе о конституционности положения части 3 статьи 199 АПК Российской Федерации /о праве арбитражного суда по ходатайству заявителя приостановить действие оспариваемого ненормативного правового акта в качестве обеспечительной меры до рассмотрения дела по существу/. (Определение Конституционного Суда от 6 ноября 2003 года № 390-О; пункт 2, абзацы четвертый и пятый пункта 4 мотивировочной части) [...]
Определение КС РФ 390-О/2003 пункт 2; 4, абз. 1,2; 4,5

[…] В силу статей 46-52, 118 (части 1 и 2), 123 (часть 3) и 126 Конституции Российской Федерации судебная функция разрешения уголовного дела и функция обвинения должны быть строго разграничены, каждая из них возлагается на соответствующие субъекты. Возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами, а в предусмотренных законом случаях - также потерпевшими. Суд же, осуществляющий судебную власть посредством уголовного судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, в ходе производства по делу не может становиться ни на сторону обвинения, ни на сторону защиты, подменять стороны, принимая на себя их процессуальные правомочия, а должен оставаться объективным и беспристрастным арбитром.[…] В качестве гарантии процессуальных прав участников уголовного судопроизводства конституционные принципы правосудия предполагают неукоснительное соблюдение процедур уголовного преследования. Поэтому в случае выявления допущенных органами дознания или предварительного следствия процессуальных нарушений суд вправе, самостоятельно и независимо осуществляя правосудие, принимать в соответствии с уголовно-процессуальным законом меры по их устранению с целью восстановления нарушенных прав участников уголовного судопроизводства и создания условий для всестороннего и объективного рассмотрения дела по существу. Тем самым лицам, участвующим в уголовном судопроизводстве, прежде всего обвиняемому и потерпевшему, обеспечивается гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации право на судебную защиту их прав и свобод, а также другие права, закрепленные в ее статьях 47-50 и 52.[…]
Постановление КС РФ 18-П/2003 пункт 2.1; 2.2, абз. 1; 3

[…] Отстранение судом общей юрисдикции адвоката, являющегося представителем истца, от участия в судебном заседании по мотивам отсутствия у него допуска к государственной тайне лишает истца возможности реализовать названное конституционное право в процедуре гражданского судопроизводства, которое должно осуществляться на основе принципов состязательности и равноправия сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации). […]
Определение КС РФ 314-О/2002 пункт 3, абз. 2

[...] Поскольку организация реализует свои права как участника арбитражного процесса именно через представителя [...] его отстранение от участия в рассмотрении дела лишает саму организацию, являющуюся стороной по делу, возможности осуществлять судебную защиту своих прав, гарантированную статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации и нарушает ее право на участие в судопроизводстве на основе принципов состязательности и равноправия сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации). [...]
Определение КС РФ 293-О/2002 пункт 3, абз. 2

[...] Закрепление в статье 46 Конституции Российской Федерации права каждого на судебную защиту его прав и свобод не только не исключает, но и предполагает реализацию этого права в определенном федеральным законом порядке. В качестве одного из элементов такого порядка Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" в соответствии с провозглашенным в статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципом состязательности и равноправия сторон предусматривает необходимость представления лицом, подавшим жалобу, копий официальных документов, подтверждающих применение или возможность применения оспариваемого закона в его деле, а тем самым - и право этого лица на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации.[...] согласно сложившейся правоприменительной практике отсутствие у лица, обратившегося в Конституционный Суд Российской Федерации, возможности - в силу независящих от него причин - представить указанные в статьях 38 и 96 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"копии документов само по себе не является препятствием к рассмотрению его обращения в Конституционном Суде Российской Федерации. При условии соблюдения заявителем иных требований, установленных Законом, недостающие документы могут быть истребованы самим Конституционным Судом Российской Федерации и его Секретариатом [...]
Определение КС РФ 145-О/2001 пункт 7, абз. 1,2

[...] Соблюдение судами процессуальных норм, регламентирующих порядок осуществления правосудия, является необходимым условием реализации конституционных положений, закрепляющих право на судебную защиту, а также принципы состязательности и равноправия сторон в процессе (статья 46, часть 1; статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), а полномочия суда кассационной инстанции по отмене решений, принятых нижестоящими судами с нарушением процессуальных норм, представляют собой дополнительную гарантию реализации конституционного права граждан (и юридических лиц) на судебную защиту в соответствии с указанными конституционными принципами. [...]
Определение КС РФ 264-О/2000 пункт 2, абз. 2

[…] закрепленное в статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации положение об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон. Принцип состязательности и равноправия сторон как один из основных в гражданском судопроизводстве предусмотрен в главе 1 "Основные положения" ГПК РСФСР (статья 14) и, следовательно, распространяется на все стадии гражданского процесса. Вместе с тем его конкретное наполнение различно в зависимости от конкретных целей и особенностей той или иной процессуальной стадии. […]
Постановление КС РФ 6-П/1999 пункт 3, абз. 2